Рефераты стало делать интереснее. Часть 1

Как-то раз меня однокурсница попросила сделать реферат. Не то, чтобы у нас отношения какие-то дружеские были или добрый я был… Просто я всем их делал. Не за просто так, понятно. Но в общем-то дёшево. Реферат как реферат, часов на пять работы.

— Ты знаешь, мне этот реферат ну очень нужен… — это она говорит, когда я деньги попросил за работу.

— Логично. Иначе зачем бы ты его запросила? Я вообще-то тороплюсь.

— Ну, ты понимаешь…

— Нет.

— Ну, у меня денег сейчас нет…

— Слушай, я же тебе говорил, сколько он стоит. 200 р — не такие уж и большие деньги. У родителей спроси. Или одолжи у кого.

— Ну пожалуйста… Андрей… Родители мне точно не дадут… Я верну…

— Угу. Вернёшь. Был я когда-то добреньким, всем верил. Теперь, пожалуй что, и аванс брать буду.

-…

Блин, уже и слезу пустила. Она меня что, за дурака держит? Будто я не знаю, с какой лёгкостью у девчёнок это получается.

— Нет денег — так отработай. Я не против.

— А как?

— Известно как.

— Ах, ты! — ты гляди, и слёзы высохли. Секунды не прошло.

-…

Что-то молчание начало затягиваться. Но, во всяком случае, успокоилась. И смотрит как-то обиженно. Интересно, что будет? Однако от мысли, что Оксана решит расплатится собственным телом, я был весьма далёк. Сейчас повозмущается немного, да и отдаст деньги. Наверняка ведь просто торгуется. Что б у девчонки вроде неё, да пары сотен не нашлось? Ха!

— Ладно.

— Ну, давай, чего ждёшь?

— Ну уж нет, здесь я точно не буду!

— Эээ… . — у меня бред и крыша поехала, или она имеет в виду отдаться мне здесь и сейчас? Гм… Наводящий вопрос, — у тебя дома? . .

-… сегодня родителей не будет. И не забудь реферат. После восьми, хорошо?

— Гхм. По рукам.

Ну ни хрена себе! Ушам не верю. Вот и говорите после этого про нежных и романтичных созданий. Может, я ей понравился? Или просто блядь? Вроде не похоже. Ни то, ни другое. Впрочем, кто их разберёт. На Тверскую сроду не ходил, понятия не имею, как они выглядят.

Однако уже восемь. Что-то я на стену засмотрелся. Хотя узор на обоях довольно скучный и серый. Мдя. Так, надо собираться. И как-то спрятать стояк. А то перед прохожими неудобно.

— Я к друзьям в общагу. День рождения справлять. Наверно, до завтра. — как ни печально, живу я по-прежнему с родителями. Хотя и с относительной свободой.

— Только до крокодильчиков не напивайся. — да, либеральные они у меня. Иногда даже странно, чего такой стеснительный получился. И в салат даже ни разу не падал.

Почему все на меня так странно смотрят? Футболка на выпуск, вроде не видно… Или это просто паранойя? Хм… Если трезво вдуматься и одеть очки — похоже, всё-таки показалось. Но дурацкая ухмылка с физиономии спадать по-прежнему не собирается. Ну и ладно.

Покосившись на бабушек у подъезда, торопливо прошёл-пробежал на пятый этаж. Оксанка в домашнем халатике — бог ты мой, это превзошло все мои ожидания! Каштановые волосы распущены из привычного хвоста и восхитительно густой гривой падают на плечи, зелёные глазищи как будто сверкают, тонкая ручка аккуратно отодвигает меня с дороги и закрывает дверь. При этом гибком движении «декольте» халатика увеличивается, сдвигаясь, и взгляд изголодавшегося зверя, поразительно гибко изогнувшись, умудрился углядеть не только светлое пятно на месте отсутствующего бюстгальтера, но и тёмный сосок на вершине холмика, так удачно вписавшегося в мою ладонь… Плюх! Это досталось моей руке, начавшей действовать по своей хентайной воле. Но в голове немного прояснилось. Во всяком случае, на удаляющуюся обиженную спину смотрел уже немного осмысленней.

Небогатый опыт и трёхмесячное воздержание (даже после порнушки) — да, на мачо я не тяну. А хотелось бы всё же не ударить в грязь. Сказать там что-нибудь умное…

— Ну, ты э-это… Всё ж р-равно же… Ну… эээ…

— Ботинки сними, если не хочешь потом полы мыть, — и аккурат перед моим носом закрывается дверь. Вот и сказал. Хоть щас в Книгу Великих Изречений. Хорошо хоть по лбу не получил — дверь на вид довольно крепкая…

После паузы, помявшись, просовываю голову внутрь. Халат висит на спинке стула, но самой героини рассказа не видно. Промаргиваюсь. А, ну да… Кровать. Оттуда из тени — свет выключен и только сквозь щель в закрытых шторах проблёскивает золотисто-красный луч заходящего солнца — на меня таращатся зелёные огоньки. Я такие только у кошек раньше видел.

Захожу, вспоминаю, что надо закрыть дверь и раздеться. С первым получается «на ура». Со вторым возникли некоторые проблемы, но, проделав несколько упражнений по прыжкам на одной ноге и задержавшись перед последней деталью одежды, с честью справился и с этой задачей. Стояк уже не мучает. Надо ж как. Наклонив голову, смотрю на «младшего братца». Признаков жизни по-прежнему не видать. Забавные порой фокусы выкидывает молодой и здоровый организм. Надо срочно это лечить. Иначе сегодня меня будет ожидать только большое фиаско вместо блаженной ночи.

Шаг вперёд и медленное поднятие лёгкого покрывала. Под ним открывается тёмное, загорелое тело и две руки. Руки находились явно не на месте. Она что, девственница что ли? Ещё и жениться придётся… Нет, стоп, к чёрту пессимизм. Всё хорошо. Всё хорошо. Одна из рук, та, что вверху, быстро поднимается и возвращает покрывало на прежнее место. Но достаточно медленно, чтобы мозги без особых рассуждений переместились в нижнюю голову и заставили совершить мастерской бросок с поворотом. Торопливый поцелуй влепился куда-то в область подбородка, руки судорожно шарили по чужому, бархатисто-мягкому телу… Слабое сопротивление было моментально сломлено и пока правая мяла грудь, ощущая острый клинышек соска, пальцы левой скользнули по влажной расщелине губ. Большой палец, запутавшись в лёгкой курчавой заросли неловко дёрнулся, вырывая несколько волосков. Оксана ойкнула и дёрнулась, невольно затолкнув пару пальцев в тугую дырочку без препятствий. Уже ни о чём не думая от перевозбуждения, я ткнулся своим уже деревянным колом в такую удобную пещерку. Уже уходившая рука задела спрятавшийся в складке бугорок и меня буквально вбило в себя выгнувшееся тело Оксаны. Каким-то чудом мои губы нашли её приоткрытый рот, впившись уже почти настоящим поцелуем.

Уже не помня, что нужно как-то осторожничать, с силой прижал её голову и смяв упругую натренированную попку, задвигался по проторенное дорожке со всей скоростью, на которую был способен…

Иногда жалеешь, что тебе не сорок или больше. Конвульсивные дёрганья разрядки последовали почти незамедлительно. Пожалуй, я понимаю девушек, которые с презрением относятся к молодым и неопытным парням. Даже эта скромница, которая вообще-то должна была удовлетворять меня, неуверенно подождала, двинулась пару раз и не почувствовав ожидаемого, удивлённо посмотрела мне в глаза. Даже обиды ещё не было в этом взоре. Одно непонимание.

Нечленораздельно хрюкнув, я отвалился и бухнулся рядышком на кровать. Прикрыл глаза локтём и принялся медитировать. Я ведь и не собирался её удовлетворять, я просто получил положенное за реферат. И вообще, я ж сколько терпел. Ну, не выдержал, ну, бывает, ничего не поделаешь…

— Ты реферат принёс? — сухоте её голоса позавидовала бы Сахара с Калахари. Ой, мама, это ж надо было так!

— В пакете, в коридоре, — главное, это излучать спокойствие и уверенность. Вот сейчас отдохну и по второму…

— Пойду подмоюсь, — и удаляющееся шлёпанье босых ног.

Похоже, фишка не прошла… Хреновый из меня актёр. Половой гигант — тем более. Продолжения, судя по тону, я дождусь только завтра, да и то — исключительно в насмешливых перешептываниях по углам. Теперь у меня будет новое прозвище. Что-нибудь вроде «пулемётчика» по мотивам известной тупой американской подростковой комедии! Дьявол, ну неужели нельзя было держать себя в руках, петтингом там каким-нибудь заняться, рукой её удовлетворить или языком там…