Аттестация

Сегодня у меня аттестация в школе нянь, бебиситтеров, как это сейчас модно называть. Я смотрела на своих однокурсниц, которые с легкостью меняли памперсы куклам. Застежка моего же памперса, никак не хотела застигаться. То ли кукла слишком толстая, то ли я паршивая нянечка.

Наш преподаватель, шестидесятилетний азиат, магистр Шань, или просто сенсей, подошел ко мне, и покачал головой, наблюдая за моими попытками надеть на куклу памперс.



— Глупый. Глупый няня! — выкрикнул сенсей так громко, что я аж подскочила. Вся группа уставилась на нас. — Смотри, что ты делаешь, глупый няня. Ты делаешь ему больно.

— Это всего лишь кукла, — попыталась возразить я. — И этот чертов памперс не хочет одеваться.

Сенсей схватился за голову обеими руками.

— Какой глупый няня, — простонал он. — Глупый женщина. Твой няня, хуже моего кунг-фу, а мой кунг-фу, очень плохо. Я научить тебя хороший няня. Хороший няня — счастливый ребенок. Глупый женщина — плохой няня. Плохой няня — бедный ребенок. О, глупый женщина. Глупый женщина оставаться сегодня после занятий, и учиться хороший няней.

Меня оставили после занятий, и я серьезно задумалась, зачем я это делаю? Ведь сенсей прав, я плохая няня. И по-правде говоря, я не особо люблю детей. Просто, с моими талантами у меня нет выбора. Или няня, или фотограф. Как бы сказал сенсей Шань, мой фотограф, еще хуже моего няня. Поэтому, выбор был очевиден — няня.

Вновь проклятая застежка памперса не хотела застигаться на кукле.

— Все, — сдалась я. — Либо эта кукла слишком жирная, либо памперс бракованный.

— Настоящий няня, всегда преодолевать трудности, — сказал сенсей, и в мгновение застегнул липучку.

Я с удивлением уставилась на сенсея.

— Да вы просто мастер.

Пожилой азиат разочарованно покачал головой.

— Ты плохой няня, — сказал он. — Моя тебя не научить. Ты быть исключена.

Черта с два, решила я. Я так просто не сдамся. Не в фотографы же мне идти.

— Умоляю, сенсей. Дайте мне еще шанс. Я вас не подведу. Вот увидите.

Сенсей схватил со стола мою куклу, на которую я безуспешно пыталась надеть памперс, и кинул ее на пол, в нескольких метрах позади меня.

— Что вы…

— Хороший няня — никогда не отвлекаться, — перебил меня сенсей. Твой малыш в песочнице, хороший няня, не спускать с него глаз.

Так, кажется, я поняла. Я должна просто смотреть на куклу. Ну, это не сложно… Я почувствовала руку сенсея на своей заднице. Я обернулась к нему, и тут он выкрикнул:

— Не отвлекаться! Смотреть только за ребенок! Хороший няня следит за свой ребенок. Глупый женщина отвлекается по пустякам.

— Но… — неуверенно попыталась возразить я.

— Смотри за ребенок, глупый женщина, плохой няня.

Сенсей крепче сжал мои ягодицы. Затем его рука скользнула ниже. Он гладил мои ноги.

— Хороший няня, иметь хороший ноги, — сказал сенсей, стягивая с меня джинсы. — Я смотреть какой хороший твои ноги.

— Но, сенсей…

Я попыталась вырваться, и он шлепнул меня по заднице.

— Глупый женщина. Твой работа — ребенок. Хороший няня не отвлекаться.

— Как я могу не отвлекаться, когда вы пытаетесь трахнуть меня?

— Плохой няня. Глупый, и плохой няня.

Сенсей уткнулся носом в мою ягодицу, и втянул воздух.

Как же глупо это выглядело. Я стою, и смотрю на лежащую на полу куклу, а сзади меня, на коленях, стоит сенсей, и нюхает мой зад, при этом говоря, какая я плохая няня, что обращаю внимание на такую мелочь.

— Твой зад вкусно пахнуть. Чувствую, ты не пропащая.

— Слава богу. Теперь я могу одеться, и получить свою оценку?

— Твой перед тоже должен быть вкусно. Хочу пробовать его вкус.

— А как же ребенок? — я указала на куклу.

— К черту ребенок. Хороший няня, уметь отдыхать.

Он стянул с меня трусики, и стал нюхать мой передок, шумно втягивая воздух. Рукой я гладила его седые волосы. Затем я почувствовала его язык на своем влагалище. Он ласкал меня языком.

— О, сенсей, вы мастер, — простонала я.

У меня были до этого мужчины, но, не один из них не ласкал меня там своим языком. Язык сенсея заработал еще активней. Я чувствовала как кончик его языка входит в мою, святая святых, промежность. Сенсей ласкал каждый волосок на моей писи.

Вскоре, сенсей понял, что одним язычком ему не справиться, и стал помогать себе пальцем. Его палец и язык лезли во все мои отверстия, а когда он развернул, наклонил меня, и засунул язык мне в задницу, я готова была визжать от удовольствия. Языком сенсей ласкал мой зал, а пальчиком перед.

Затем, сенсей дал мне мою куклу.

— Покорми его, — сказал он.

Я приложила куклу к груди, как это делают кормящие мамы.

— Что ты делаешь, глупый женщина?

Сенсей забрал куклу, и приложил ее лицом к моей писи.

— Корми!

— Но, разве так кормят…

— Корми!

Я прижала голову куклы к своему передку, а палец сенсея вновь вернулся к моему заду. Он крутил его там, засовывал, высовывал. И, как странно это не прозвучит, на какое-то мгновение мне показалось, что кукла действительно сосет мой передок. И что еще более странней, мне это нравилось. Действительно нравилось.

Низ моего живота свело судорогой. У меня всегда так бывает перед оргазмом. Сенсей продолжал свою работу, а с меня уже полилось. Он с удивлением уставился на лужицу из моей спермы на полу. Затем, ткнул в нее пальцем, и внимательно расмотрев свой палец, сунул его себе в рот.

— Божество Сунь-Мне-Хунь посетило тебя, — сказал он.

— Что? – не поняла я.

— Когда приходит Сунь-Мне-Хунь, с женщины вытекает сок любви.

— Они кончают, — поняла я. — Сунь-Мне-Хунь — бог оргазма?

Сенсей схватился руками за голову и застонал.

— Глупый, глупый женщина. Плохой няня.

— Это почему же я плохая няня? Разве я не сдала ваш экзамен?

— Нет. Ты не сдать экзамен. Ты плохой няня. Но, не волнуйся. Ты понравиться Сунь-Мне-Хунь. Я дам тебе шанс пересдать.